Родители умершего от COVID-19 жителя Урала рассказали, как не могли добиться лечения

Месяц назад 47-летний житель поселка Межозерный Верхнеуральского района Андрей Хамзин, работавший начальником участка на Узельгинском ГОКа (входит в структуру Учалинского ГОКа, где выявили вспышку COVID-19) умер от коронавирусной пневмонии в горбольнице № 2 Магнитогорска. Его мама уверена, что лишь в реанимации ее сына начали лечить должным образом и пытаться спасти всеми силами, а до этого сначала не оценили начало болезни должным образом, а затем поставили не тот диагноз — бактериальную пневмонию, вместо вирусной. Сейчас женщина хочет выяснить правду и готовит обращение в минздрав и губернатору Алексею Текслеру. 

В Челябинской области произошла вспышка COVID-19 на медном руднике

«Мы живем в шахтерском городском поселении Межозерный. В результате „оптимизации“ из медицины вместо полноценной больницы с разными врачами здесь осталась только поликлиника с терапевтами-пенсионерами, — рассказала Xoroshiy.ru Наталья Хамзина. — Узких специалистов нет вообще, оборудования никакого. Сын работал начальником участка на ГОКе, был примером для всех, строил планы, недавно стал дедом. Всегда очень внимательно относился к своему здоровью: ходил везде только в маске и перчатках, на предприятии регулярно у них брали мазки на коронавирус, у него тесты были отрицательные. Уже после того, как на ГОКе была вспышка „ковида“, у сына и его жены поднялась температура. Скорую у нас вызвать невозможно, поэтому в поликлинике им сказали приходить своими ногами и вставать на прием в очередь. Терапевт осмотрела, не увидела ничего страшного и отправила их домой. Неделю они лечились дома. Жене стало лучше, а моему сыну нет — температура не спадала. Он снова пошел своими ногами на прием, его отправили в Верхнеуральск за 50 километров на рентген, который ничего не показал. На скорой поехал на КТ за 100 километров в Магнитогорск с направлением врача. Там огромная очередь: приехали они в 15:00, вышли с КТ в 23:00. Диагноз: Д-бактериальная двусторонняя пневмония».

По словам матери умершего, лечиться ее сына отправили по месту жительства, но, понимая, что в Межозерном нет ни условий, ни врачей, родные добились, чтобы мужчину положили в терапию больницы № 2 Магнитогорска.

«Мы очень надеялись, что врачи отнесутся со всей ответственностью, ведь везде им пишут хвалебные оды о том, как спасают 100-летних и со 100% поражением легких. А оказалось равнодушное отношение. Толком не лечили: парацетамол температуру не сбивал, жена передала ему „Фервекс“, он сам его пил. Жена говорила с лечащим врачом, просила обратить внимание, я умоляла дежурную на посту: помогите, температура не спадает, сам он никогда о чем просить не будет, — рассказывает Наталья Хамзина.  — В ответ я получила: „Что жалуетесь, я же сказала, что поставлю капельницу, что вы паникуете, он адекватный, на своих ногах. У меня много пациентов, я не могу заниматься каждым“. Но сыну становилось все хуже. Шесть дней он пролежал в терапевтическом отделении, причем последние несколько дней с мужчиной, у которого была вирусная, а не бактериальная пневмония. Потом сын позвонил жене, сказал, что ему совсем плохо. Жена стала звонить на горячую линию минздрава. Пришли завотделением и реаниматолог и только тогда положили его в реанимацию. Там же взяли кровь на коронавирус — анализ пришел положительный. Два раза переливали плазму, в том числе сдавала ее переболевшая коронавирусом директор нашей школы, ввели в искусственную кому, потом ИВЛ, собирали консилиум с Челябинском, лечили сильными препаратами. Но через неделю в реанимации сын умер — это было 14 июля».

«Прошел месяц, я немного пришла в себя. Хочу узнать правду, потому что очень неспокойно, думаю, что мы могли, но не сделали все для его спасения», — заключила Наталья Хамзина.

В пресс-службу минздрава Челябинской области Xoroshiy.ru в конце прошлой недели отправил запрос по данной ситуации. Как только ответ поступит, он будет опубликован. 

Хочешь, чтобы в стране были независимые СМИ? Поддержи Xoroshiy.ru