Как художница стала организатором протестов против ввоза урановых отходов на Урал. Интервью

Екатеринбургская художница, основатель объединения Post Art Фра Анжелика провела в городе уже две акции протеста против ввоза на Урал урановых «хвостов» — обедненного урана из Германии. Художница организовала в городе серию одиночных пикетов, а также массовый пикет в минувшее воскресенье. Xoroshiy.ru поговорил с ней о том, почему для нее тема загрязнений от ядерных отходов является личной и насколько страшно впервые организовывать акцию протеста.

— Когда вы впервые узнали о ввозе на Урал урановых отходов, почему заинтересовались этой темой?

— Первый раз я услышала этим летом о том, что вообще были утечки из могильников (российское бюро Greenpeace сообщало о том, что на предприятии в Новоуральске произошла утечка радионуклидов, которые могли попасть в Нейво-Рудянский пруд — прим. Xoroshiy.ru). Там же стали появляться сообщения о том, что начинают ввозить урановые «хвосты». Меня это задевает, потому что у меня муж из Невьянска, который расположен всего в 30 километрах от Новоуральска, я сама несколько лет прожила в этом городе и до сих пор бываю там по два-три раза в неделю. Тогда же сообщалось, что радионуклиды из могильников попали в Нейво-Рудянский пруд, который находится в этом городе. Поэтому для меня это личная история, она напрямую меня касается.

— Сколько человек приняло участие в пикете?

— Около 20 человек, люди приходили и уходили, потому что было очень холодно. Мы стояли почти полтора часа.

— Как прохожие отнеслись к вам? Обращали внимание на плакаты?

— Да, люди подходили, поддерживали. Кто-то говорил, конечно, что этим ничего не добиться, что наше правительство будет делать, что хочет.

— Вас не задевает такая позиция, когда люди говорят, что ничего не изменить или что им все равно?

— Почему она должна меня задевать? У людей есть право на собственное мнение. Но я так не думаю, я знаю и верю, что мы способны, объединившись, изменить очень многое. Поэтому я и занимаюсь просветительской и активистской деятельностью — потому что верю, что мы можем менять мир в лучшую сторону.

Я верю, что будущее мира зависит от людей. Все хотят жить в хорошей стране, с чистым воздухом, хорошими продуктами, с чистой питьевой водой. Но, как правило, делать никто ничего не хочет для этого. Это немного странно для меня.

Я искренне верю, что если мы будем объединяться и не будем замалчивать проблемы, то они будут решаться.

— Это была для вас первая подобная акция?

— Да. И было очень страшно.

— У вас запланированы на ближайшую перспективу другие акции, посвященные ввозу урановых «хвостов»?

— Пока сложно сказать, сейчас новогодние праздники, в принципе, сейчас все думают только об этом. Уже в следующем году мы обязательно что-то будем проводить, будем поддерживать эту тему. Потому что чем больше информационных поводов, тем больше вероятность решить проблему.

Для меня странными являются споры о том, отходы это или не отходы, смогут их использовать в будущем для атомных реакторов АЭС или нет. Мне кажется, что главная причина, по которой люди выходят на протест, — что нет прозрачности, нет открытости, что все делается втихую. Непонятно, что это за контракт, для чего. Это все делают люди, которые на Урале никогда не жили и жить не собираются вообще. Для них Урал — это край мира, живущие здесь люди — абстрактные люди, на которых им, по большому счету, наплевать. Больше всего вот это вызывает у меня чувство возмущения. Но своим молчанием мы будем давать согласие, что сначала можно ввезти урановые «хвосты», а потом что-нибудь еще похлеще. И не 12 тыс. тонн, а 120 тыс. тонн.

— Активисты Greenpeace часто устраивают более радикальные акции: пытаются останавливать поезда в Германии или устраивают акции на вокзале в Санкт-Петербурге. Вы теоретически готовы к таким более акционистским вещам или вы все-таки выступаете за путь согласованных пикетов?

— Наверное, все-таки за легальный путь. Я не активист и не акционист, я художник в первую очередь.

Для меня организовать согласованный пикет было довольно страшно, это было выходом из зоны комфорта. Я понимаю, что я беру ответственность и до конца не понимаю ее масштабы, того, что мне может грозить за это.

Активиста Greenpeace задержали в Петербурге после акции против урановых «хвостов»

Я же простая девушка, обычная неравнодушная жительница Екатеринбурга, не юрист, не политический деятель. Поэтому к радикализму я морально вряд ли буду готова, но продолжать высказывать свое мнение посредством искусства я буду. Я считаю, что искусство и художники не могут быть вырваны из контекста сегодняшнего дня.

— На пикете к вам не возникали вопросы у полиции?

— Нет, у правоохранительных органов не возникало вопросов. На самом пикете был представитель министерства общественной безопасности, полиция и еще какие-то непонятные мужчины, которые меня фотографировали. Они не представились, лишь сказали, что имеют на это полное право, раз я на публичной акции. Потом мне еще сообщили, что нас снимали на видео из машины. Это очень сильно напрягает. Это то, что вызывает больше всего неприятных ощущений, — что за тобой следят.

***

По данным российского бюро Greenpeace, с 2019 по 2022 год в Новоуральск, на предприятие «Росатома» УЭХК, планируется отправить 12 тыс. тонн (более тысячи контейнеров, или примерно 20 железнодорожных составов) урановых «хвостов». В ГК «Росатом» уверяют, что ввозимое сырье хранится безопасно, а остающиеся после обогащения урана материалы — «стратегический резерв для атомной энергетики будущего». Однако пока существующие технологии позволяют перерабатывать всего около 5% ввозимого обедненного урана, остальные отходы хранятся в бочках на территории предприятия.