Развелся с женой, получил обвинение в развращении дочери. История уральского математика

В коридоре Свердловского онкоцентра сидит сухощавый человек небольшого роста. Одет он аккуратно: твидовый клетчатый пиджак, брюки, рубашка, коричневые ботинки с круглыми носками. С собой потрепанный матерчатый рюкзачок с бумагами. Пациента онкоцентра зовут Рифат Калымов. Кандидат физико-математических наук, любимый многими поколениями студентов преподаватель Уральского федерального университета.

Болезнь всегда бывает не вовремя, но для Рифата Ильнуровича — особенно. Зато в очереди много времени, а атмосфера онкоцентра способствует погружению в невеселые мысли.

Совсем недавно, 8 октября, привычный, годами устоявшийся ход жизни Калымова круто изменился. И дело вовсе не в болезни.

Сын прислал сообщение из Франции: просил отнести его любимой обогреватель — она мерзнет на съемной квартире. Калымов поехал покупать агрегат. Жена говорила, что девочку жалко, ей надо помогать: с пяти лет воспитывалась без отца.

Купил, привез. Но случился скандал. Оказалось, что нагреватель нужен был другой. Калымов получил от сына обидное сообщение из Франции: вы не любите Аглаю!

Потом Сашка пригласил ее к себе в Европу. У них было романтическое путешествие: Париж, Голландия, что-то еще. По возвращении в Екатеринбург сын окончательно съехал от бабушки на съемную квартиру к своей возлюбленной. Так Аглая Кощеева окончательно и бесповоротно вошла в жизнь Калымовых.

Семья фрилансеров

У Саши была возможность вернуться работать во Францию, но он не стал — не мог бросить Аглаю. Потом вовсе оставил аспирантуру. Родители подозревали, что это девушка так влияла на него, говорила: «Кому нужна эта математика?» Сашка стал зарабатывать переводами — технический английский у него был блестящий. Сын называл себя фрилансером, они с его матерью вздыхали: он фрилансер, она фрилансер, оба дома сидят. А как что понадобится — бегут к родителям. Но успокаивали себя: «Раз у молодежи сейчас так принято, чего тревожиться?»

В 2008 году Сашка и Аглая сыграли свадьбу. Родителям об этом сообщили уже постфактум. Те расстроились, но не обиделись, стали помогать молодоженам устраивать жизнь. Сначала пустили жить в свою квартиру на юго-западе Екатеринбурга, потом дали денег на строительство нового жилья — сначала в ЖК «Астон Плаза», потом на улице Библиотечной.

После развода в этой квартире Аглая получит, с учетом доли ребенка, две трети. Но о разводе тогда, конечно, никто и не думал.

Маленькая Олеся

Роды были в Германии. Беременность проходила непросто, случались кровотечения. Чтобы оплатить расходы на немецких врачей, сын вынужден был продать свои старенький ВАЗ-2114, пустить в ход все сбережения. Часть необходимой суммы дали Калымовы. Вышло больше 500 тыс. рублей. В Германии в метро у Аглаи снова пошла кровь, чуть не случился выкидыш. К счастью, все закончилось благополучно. С новорожденной девочкой Олесей дети вернулись в Россию в 2014 году, в конце лета. Через таможню их еле пустили обратно: документов на въезд у маленькой девочки не было.

Семейная жизнь у Сашки закончилась в конце 2016 года. Калымов хорошо помнил этот момент: сын приехал к ним домой и заявил, что только что достроенную квартиру на улице Библиотечной он не переезжает. Туда уже заехала Аглая с ребенком и заявила Сашке, что им лучше какое-то время пожить врозь. «Надо разобраться в отношениях», — Аглая сказала ему банальную фразу, с которой начинаются многие разводы.

Незадолго до этого из семьи матери Аглаи ушел отчим. У этого мужчины в семье была своя драма. В 2014 году его родной брат, 51-летний Сергей Н. получил 8 лет колонии за серию из 14 изнасилований. Об истории тогда много писали в прессе. Калымов не мог отделаться от мысли, что тогда Аглая поняла, как легко к человеку приклеиваются ярлыки, если речь идет о сексуальных преступлениях.

Развод

Сначала Аглая совсем запретила видеться мужу с дочерью, потом разрешила три свидания в неделю. Суббота, вторник, четверг, с 9:00 до 13:00. Затем, когда Саша заболел гриппом и не смог прийти к дочери в один из дней, Аглая сократила ему количество встреч с дочерью до двух в неделю. В конце 2018 года она официально подала на развод. Саша проконсультировался с юристами и выяснил, что пока они не развелись официально, Аглая не может запретить ему появляться в их общей квартире. Услышав это, женщина с ребенком съехала на съемное жилье.

Вскоре Аглая Кощеева написала на мужа первое заявление в полицию. Заявила, что тот ее преследует: стучит в дверь съемной квартиры. Ключей от нового жилья Аглаи у Саши не было, а его родителям видеться с внучкой женщина запретила.

Потом были и другие заявления. В какой-то момент Сашка попросил родителей дать ему смартфон Xiaomi Redmi. Батарея у такого садится очень медленно, так что сын стал использовать его как диктофон при разговорах с Аглаей. Она стала поступать так же.

В мае суд развел Сашу и Аглаю. Встал вопрос о разделе имущества и определении порядка общения с дочерью. Семья Саши предложила отдать Аглае трехкомнатную квартиру на улице Малышева в зачет ее доли в квартире на улице Библиотечной и алиментов, которые должен был бы платить Саша. Аглая не соглашалась, требовала наличные.

И снова Роджер Гроув

Вскоре выяснилось, что в жизни Аглаи снова появился американец Роджер Гроув. Калифорниец развелся с женой и теперь уговаривал Аглаю ехать к нему. Не может ее забыть, постоянно думает о ней. Маленькая дочь — не проблема.

Саша был категорически против. Он не хотел расставаться с дочерью и не собирался давать разрешение вывозить маленькую Олесю за рубеж. Через суд он надеялся получить равные с Аглаей права по воспитанию девочки. В ответ сыпались кляузы и жалобы в официальные органы. Если бы Сашу лишили родительских прав, его разрешения на выезд девочки в США бы не потребовалось.

19 августа 2019 года Саша написал заявление в органы опеки с просьбой установить за ними с женой равные права на ребенка и упорядочить наконец его контакты с дочерью. Опека дала Аглае месяц на ответ.

16 сентября Калымову-старшему позвонил человек — кажется, его звали Дмитрий Сычев — и сказал, что он представитель Аглаи. Предложил встретиться и договориться. Калымов отказался: занят на парах со студентами. Сейчас, вспоминая этот звонок, он терзал себя: может быть, стоило поговорить и не случилось бы того, что случилось потом?

А случилось следующее: 19 сентября Аглая подала заявление в органы опеки, в котором говорилось: ее бывший муж развращает дочь, и у нее есть тому подтверждение. Это видео, снятое 30 июля 2019 года, которое «все подтверждает». На записи Саша якобы выходит голым из ванны, держит в руках полотенце, а в это время внучка тоже бегает по дому голой.

Но Калымов готов был подтвердить под присягой в суде и на следствии: Аглая сама воспитала ребенка как Маугли, везде раздевала ее догола. Бабушке и дедушке это не нравилось, но маме девочки объясняла: у ребенка дерматит, белье раздражает ей кожу. И дома в квартире на Библиотечной всегда была жара. Поэтому Саша тоже ходил по дому в трусах.

Уголовное дело

Очередь в онкоцентре двигается медленно. В памяти Калымова всплывают фразы из материалов следствия. Сначала была странная экспертиза из семейного центра «Гнездышко», куда Аглая привела девочку. Этот текст Калымов запомнил на всю оставшуюся жизнь: «Испытуемая находится в состоянии избыточного возбуждения, суетливости… Эмоциональное восприятие членов семьи: эмоциональное приятие мамы, эмоциональное отвержение папы… Девочка рассказывает о том, что папа целует ее в руки и губы, очень часто обнимает, что ей не нравится… Также девочке были заданы вопрос о том, прикасалась ли она к половому органу папы. Ребенок отвечает утвердительно и поясняет, что папа просил потрогать писю».

При этом опросе, который и сам по себе кажется развратным по отношению к ребенку, из родных девочки присутствовала только сама Аглая Кощеева. Провела его «педагог-психолог Рябова В. С.».

Уголовное дело на Сашу завели 4 октября, в 14:00. Документы подписал и. о. заместителя руководителя следственного отдела СУ СКР по Кировскому району Екатеринбурга Константин Маратович Бисинбаев — сын бывшего начальника УВД Екатеринбурга Марата Бисинбаева.

«В период времени с 8.03.2019 до 10.09.2019 года, точное время следствием не установлено, [подозреваемый] находясь в квартире по адресу город Екатеринбург, улица Библиотечная, используя беспомощное состояние не достигшей двенадцатилетнего возраста потерпевшей, совершал в отношении нее неоднократные действия сексуального характера, заключавшиеся в неоднократной демонстрации своего оголенного полового органа», — вспоминает Калымов мерзкую формулировку из постановления о возбуждении дела.

Такое постановление оформляется в самом начале уголовного дела. Собственно, с него оно и начинается. Поэтому странно, что в тексте было сказано: «Таким образом, в ходе расследования головного дела установлено, что [подозреваемый] своими действиями совершил преступление против половой неприкосновенности [потерпевшей]».

«Как это установлено? По делу еще не сделано ни одного следственного действия и уже установлено?» — не понимает Калымов-старший.

Согласно протоколу, через 2 часа 31 минуту после возбуждения дела его внучку допрашивают следователи:

Вопрос следователя: Папа тоже (как и мама) целует тебя?

Потерпевшая: Тоже.

Вопрос следователя: Только в личико тебя папа целует?

Потерпевшая: Да.

Вопрос следователя: Ты его половой член трогала?

Потерпевшая: Нет.

Вопрос следователя: Ты его не трогала?

Потерпевшая: Нет, не трогала.

Вопрос следователя: А папа тебя не просил?

Потерпевшая: Нет, не просил.

Эти вопросы следствие повторяет несколько раз. Каждый раз получает отрицательный ответ. Ответ Саши при допросе у следователя о том, что половые органы дочери он «мог трогать только в случае, когда подмывал ее», следователи во внимание не приняли. Когда читаешь материалы, трудно отделаться от впечатления, что следствие с извращенным упорством продолжает настаивать на сексуальном подтексте рядовых сцен домашнего быта. Любопытно, что допрос девочки проходил без Кощеевой. Но в нем участвовала тот самый гражданский эксперт В. С. Рябова. Ей дали право задавать вопросы ребенку, и она пыталась выяснить, есть ли у девочки какие-то тайны от мамы.

Тайна была. Саша с дочкой готовили маме Аглае небольшой подарок — коробочку, обклеенную фольгой. Но в контексте уголовного дела вопросы психолога звучат так, как будто речь о чем-то сексуальном, развратном.

Хотя отрицательные ответы ребенка не совпали с первоначальной экспертизой «Гнездышка», следствие 9 октября 2019 года ходатайствовало перед судом об аресте Саши. Его самого за день до этого вызвали повесткой и тут же задержали.

Арестован по обвинению в педофилии

Ходатайство об аресте Саши 10 октября рассматривала судья Кировского райсуда Крестина Упорова. Калымова-старшего с женой в зал не пустили. Подробно разбираться в обстоятельствах дела суд не стал. Сына постановили заключить в СИЗО на 1 месяц и 26 суток, то есть до 3 декабря включительно. Ему предъявили обвинение по пункту «б» части 4 статьи 132 УК РФ, окрестив педофилом, развращавшим свою пятилетнюю дочь. Калымову с женой удалось увидеть Сашу мельком, когда его выводили из зала. Супруга, не сдержав эмоций, разрыдалась.

Очередь к онкологу наконец подходит. «Некогда болеть! Надо бороться, у Сашки кроме нас больше никого нет», — мысль о новой жизненной цели пронзила Калымова. В тюрьме его сыну с такой статьей не выжить. Что делать? Калымов перебирал возможные варианты: идти к уполномоченной по правам человека Татьяне Мерзляковой. Записаться на прием к главе свердловского управления СКР Михаилу Богинскому. Друзья Саши обещали помочь с хорошим адвокатом. Может быть, случится невозможное и удастся остановить эту «липу»?

И нужно идти к журналистам. Конечно, даже если они изменят имена, об истории узнают все — и коллеги в университете тоже. «Ну и плевать», — думает Калымов. В тюрьме сидит его единственный сын.

P.S.

Мы выбрали художественно-публицистический жанр очерка, чтобы рассказать эту историю, главным образом из-за ограничений законодательства. Специфика семейных дел, да еще и связанных с обвинениями в педофилии такова, что рассказывать о них в обычных для СМИ форматах практически невозможно. Вступает в силу право на тайну личной жизни и обязательства не раскрывать персональные данные ребенка, ставшего жертвой насилия. Нельзя также указывать имена его родственников и любые данные, которые могут указать на личность ребенка.

Казалось бы, в таком стремлении защитить тайну жертвы есть смысл. Однако необходимо учитывать и то, что обвинениями в педофилии часто пользуются супруги, желающие отомстить «второй половинке», отношения с которой разладились. Заявители не всегда понимают, что обрекают обвиненных на тюремный срок от 12 до 20 лет, причем из-за отношения к педофилам на зоне многие осужденные рискуют не дожить до освобождения.

Обвинительные приговоры по такой категории дел штампуются словно под копирку. Заседания идут в закрытом от прессы режиме, и общественность фактически не имеет возможности узнать, что происходит за закрытыми дверями. Отсюда неограниченные возможности для следствия писать несусветную чушь, лишь бы заканчивалась она одним: «Педофил. Виновен».

Не так давно партия «Справедливая Россия» и КПРФ выступили за частичную отмену моратория на смертную казнь. Политики предлагают применять смертную казнь в том числе к педофилам. Этим очерком Xoroshiy.ru иллюстрирует возможные последствия такого шага.

Очерк написан на основании реального уголовного дела, которое сейчас расследуется в Екатеринбурге. В соответствии с требованиями закона, имена и фамилии героев изменены.

При подготовке этого материала комментарии запрашивались у всех сторон. Включая мать ребенка, обозначенную в тексте как Аглая Кощеева и ее защитника — Дмитрия Сычева. Госпожа Кощеева заявила, что не готова сейчас давать пояснений. Господин Сычев потребовал выдать ему источник информации о статье. Без выполнения этого условия он также не захотел что-либо комментировать. [i][/i]