Учёные обнаружили плагиат в 75% диссертаций из случайной выборки

Обвинение в незаконном присвоении плодов чужого труда — одно из самых тяжких в академической жизни. В последние годы оно стало звучать в России особенно часто. Разоблачения группы «Диссернет» коснулись многочисленных политиков, чиновников и администраторов от науки и образования, а также рядовых преподавателей высшей школы.

Можно подумать, что волна разоблачений началась именно сейчас, поскольку в эпоху всеобщего копипейста заимствовать стали больше и чаще. Так ли это на самом деле — спорный вопрос.

То, что диссертации часто неоригинальны, а крупные администраторы пользовались услугами, аналогом которых служат современные «диссертации под ключ», было известно уже в советские времена. Академических начальников, заставляющих подчиненных работать на свою степень, высмеивали в журнале «Крокодил», а Мосфильм в 1979 выпустил сатирическую комедии с участием звезд советского кино о подпольной диссертационной фабрике.

Многочисленные недавние скандалы могут отражать, скорее, то, что появился эффективный инструмент разоблачений — программное обеспечение, сравнивающее данный текст со множеством написанных ранее текстов и позволяющее точно идентифицировать источники и долю заимствования.

«Антиплагиат» и родственные ему программы позволяют точно и доказательно ответить на вопрос, было заимствование или нет, а их наиболее изощренные версии могут идентифицировать даже парафраз — ситуацию, когда кто-то переписал чужой текст своими словами, используя его в качестве подстрочника.

Это не снимает проблему того, что кто-то может украсть чужую идею, не заимствуя слов вовсе (например, поставить эксперимент, придуманный другим человеком, и выдать себя за его автора). Можно предположить, однако, что заимствование слов и заимствование идей будут по крайней мере коррелировать друг с другом — те, кто берет одно, берет и другое; в конце концов, невозможно взять текст целиком и НЕ забрать содержащиеся в нем идеи.

Однако, хотя скандальные разоблачения плагиата в диссертациях политиков имеются в изобилии как в России, так и за ее пределами (например, скандалы с цу Гуттенбергом в Германии, Моникой Коули в США, Лаурой Хухтасаари в Финляндии), до сих пор никто не пытался оценить общий масштаб бедствия — уровень распространения плагиата во всех диссертациях, защищенных в какой-либо стране, что позволило бы сравнить, например, строгость соблюдения прав интеллектуального авторства в разных науках.

В России имеется статистика распределения диссертаций с некорректными заимствованиями, выявленных «Диссернетом», по дисциплинам. Однако применительно к этим данным необходимо сделать две оговорки. Во-первых, «Диссернет» охотился в первую очередь на крупную рыбу — министров, депутатов, ректоров вузов, директоров школ — и уделял меньше внимания непубличным фигурам.

Во-вторых, «Диссернет» стремился максимизировать свой улов, ища по гнездовому признаку: если в диссертационном совете защищалась одна одиозная диссертация, проверялись остальные диссертации оттуда же; если научный руководитель выпускал на защиту одного диссертанта с полностью скопированной диссертацией, проверялись остальные птенцы того же гнезда.

Хотя и то, и другое совершенно оправданно в условиях, когда необходимо максимизировать число общественно значимых разоблачений, картина, которую порождает подобный алгоритм поиска, может оказаться существенно искаженной. Министры и ректоры вузов обычно, в силу специфики своей деятельности, защищаются по экономике или праву. Соответственно, начиная поиск с них и концентрируясь на их окружении, мы рискуем получить выборку, в которой будут избыточно представлены эти дисциплины и недостаточно — все остальные.

Чтобы посмотреть, имелись ли под этими опасениями основания, необходимо или проверить все диссертации, или сделать репрезентативную выборку, в которую любая защищенная диссертация сможет попасть с равными шансами. Разницу между этим подходом и подходом «Диссернета» можно сравнить с разницей между грибником и биологом. Грибник хочет найти как можно больше грибов и поэтому, найдя один белый гриб, внимательно осматривается вокруг в надежде, что найдутся другие. Биолог же хочет понять, сколько всего в лесу грибов и каких.

Биолог делит лес на равные квадраты и проверяет каждый десятый или каждый сотый квадрат, фиксируя все, что в нем найдется. Последний подход был реализован в исследовании Центра институционального анализа науки и образования Европейского университета в Санкт-Петербурге, в рамках которого через «Антиплагиат» была пропущена случайная выборка из 2468 докторских диссертаций, защищенных за десятилетие с 2006 по 2015 год (подробное описание процедуры можно найти в препринте).

С 2006 года объявления о докторских защитах и авторефераты в обязательном порядке вывешиваются на сайте ВАК, соответственно, скачав их, мы были уверены, что получили полную перепись всех защит. Затем мы сформировали выборку в 2600 единиц — 9,3 процента ото всех, защищенных за эти годы. Некоторые тексты диссертаций были недоступны или их не удалось распознать, так что выборка затем сократилась до 2468. Тем не менее, она точно отражала генеральную совокупность по дисциплинам, годам и территориальным локализациям.

Более поздние годы мы не брали, поскольку ожидалось, что из-за повсеместного распространения «Антиплагиата» (который уже широко применялся к 2010 году) и активности «Диссернета» (с 2013 года) копипейст к этому времени практически сойдет на нет. Как оказалось, эти ожидания были ошибочными.