Варнава рассказала о насмешках и побоях в подростковом возрасте

На сцене и конкретно в Comedy Woman Екатерина впервые появилась во всеоружии пышных форм. Все в фигуре звезды юмористического коллектива было на месте: и попа, и грудь, такая себе сочная красавица. Но за последние годы Варнава примерила на себя более изящный профиль.

Раскрепощенная красавица теперь, по праву, считается секс-символом России и вовсе не стесняется облачаться на публичные выступления в откровенные наряды. Однако в детстве Варнава считала себя не более, чем «гадким утенком», при этом получала немало тумаков от окружающих ее подростков.

Воспоминания об этом тяжелом периоде Екатерина принесла на съемки «А поговорить?» на YouTube-шоу, где откровенно призналась, что маленькой Катеньке доставалось, ведь приходилось донашивать одежду старшего брата. Мало того, в мальчиковых растянутых спортивках и единственных на все случаи жизни кроссовках Варнава проходила несколько лет. Непонятный окружению образ дополнял привезенный соседкой «объемный пуховик», натянутая по самые глаза шапка и шарф, рекламирующий футбольный клуб ЦСКА. Непосвященным бывало и вовсе непонятно, девушка или парень перед ними.

Екатерина Варнава в детстве «выгребала» немало и от «скинхедов». Ее гоняли, как мяч, и даже в метро граждане старались сохранять дистанцию, когда в вагон входил такой неопределенного вида не то ребенок не то подросток, в котором девушку было трудно угадать. Дело в том, что самый отличительный признак, волосы Екатерина прятала глубоко под шапкой.

Несколько раз Варнава получала от тех, кто слушал рэп, и даже от тех, кто его не слушал, били серьезно. Подвело еще и тело, которое вдруг в один момент стало расти со всех точек. Вынырнувшие сразу и попа, и грудь, и нос Варнавы раздражали окружающих девчонок и дразнили мальчишек, пытающихся (уколоть, ущипнуть, ударить), но уж никак не пройти мимо.

На беду, и время было настолько серьезным, что на одного человека на улице или в метро могла налететь группировка молодых пацанов, избив ни в чем не повинного. Варнава признается, что после такой закалки ее ничем нельзя испугать или запугать, а юмор является не только ее работой, сколько спасательным жилетом от жестокости окружающего мира.