Сергей Иванов
Опубликовано: 06:42, 10 июль 2020
По материалам: rusvesna
Другие новости

Один в поле воин

Один в поле воин

В 2014 г. я находился в Европе. Люди менялись на глазах. СМИ и политики поддержали киевский майдан, а в социальных сетях шли сражения между русофилами и русофобами. Складывалось впечатление, что после событий в Одессе русофилы стали побеждать.

Количество людей, желающих стать добровольцами Русского мира, зашкаливало. Сообщение о крушении «Боинга» за несколько часов переломило ситуацию в пользу русофобов.

Даже русофилы перестали воспринимать аргументы о невиновности России и Донбасса. Это при том, что моя версия основана на профессиональном знании особенностей пусков ракет «воздух — воздух» и «земля — воздух». К зиме — интернетная русофобия трансформировалась в бытовую, а русофилы тихо сочувствовали «поражению России».

Тогда я понял силу информационных бомб. «Заводика по производству бомб» под рукой не имел и решил смастерить игрушечную — написал сказку. Понимал, что не опубликуют, но передал через местного человека в две редакции высшего эшелона для прочтения. Не опубликовали. Подстраховался и отправил текст на просторы русскоязычного интернета в надежде на хорошую работу группы мониторинга информационного пространства.

Не стану утверждать, но кажется, что традиция чтения сказок на ночь «партнерами» не утрачена. По крайней мере возрождение забавы с 2015 г. — искать «агентов Кремля», налицо. Только в этот раз «агенты Путина» ищут «агентов Кремля», а это надолго. Почитайте сказку и решите сами справедливо ли утверждать: один в поле воин.

Новогодняя сказка

опубликовал пользователь с ником tvalen

Путин может всё

Все чаще говорят о начале новой холодной войны. На самом деле, активирована Большая Игра, имеющая трехсотлетнюю историю. Периодически притихающая по причине неготовности политического класса одной из сторон участвовать в дальнейшей конфронтации, что вторая сторона выдавала за победу.

Последняя закончилась отказом от сопротивления Горбачева без подписания двухсторонних документов о мире. Бомбардировки Белграда и разворот Примакова подтвердили, что «победители» сделали неверные выводы, а «побежденные» с ними не согласны.

Далее было множество «загогулин», но конфронтация между медведем и орлом нарастала. Зачем подарили победу противнику на пике своего могущества? Один из ответов — предательство элит. Откуда взялись предатели? Почему всевластный Андропов не арестовал Яковлева после доклада о его вербовке? Почему приблизил Горбачева, не обладавшего навыками стратега-управленца?

Наиболее правдоподобной является версия, что Андропов, переживший ужасы восстания в Будапеште, сделал далекоидущие выводы — борьба с диссидентами-пешками мало отличается от борьбы с ветряными мельницами.

Андропов начал готовить крупную операцию наподобие операции «Трест», проведенной чекистами в начале века. Во внешнем контуре использовать Яковлева для слива дезинформации, а во внутреннем — Горбачева в роли магнита, притягивающего нелояльных управленцев высшего эшелона.

Скоропостижная кончина Андропова, лично курировавшего «Трест», привела к противоположным по замыслу результатам. Яковлев вырос до агента влияния на Горбачева.

Учитывая его цинизм, ресурсы кураторов и неготовность Горбачева к аналитическому мышлению, события пошли по сценарию противоположной стороны.

Евгений Примаков

Когда Ельцин под давлением Вашингтона и доморощенных олигархов отправил Примакова в Ясенево, тот разыскал в архивах следы, подтверждающие причины успеха геополитического партнера, и задумался о реанимации андроповских наработок.

Повезло — вопреки традиционному отношению к изгнанникам,  Ясенево посетил восходящий Путин и поддержал идею.

На момент, когда Ельцин обратился к нации: «Дорогие россияне я ухожу…» — выяснилось, что на той стороне имеется лишь одна значимая фигура.

Cенатор Маккейн

На момент принятия решения летчик Маккейн, завербованный КГБ во Вьетнаме, успел стать сенатором-русофобом. О нем забыли. Благо, куратор оказался жив-здоров. В один из приездов в Россию к Маккейну подвели куратора, который произнес несколько протокольных слов. Стало понятно, что сенатор помнит «благодетеля, спасшего его от ужасов плена».

Решили не ранить душу ветерана и использовать сенатора, не разрушая образ непримиримого борца с русскими.

Отныне требовалось: коррелировать русофобские вспышки с планами Кремля, наблюдать за московскими русофобами-визитерами, готовить почву для вербовки перспективных американских политиков.

К успехам сенатора можно отнести: предупреждение Кремля о спецоперации «Преемник — 2%», готовившейся к очередным выборам Президента. На Рыбкина возложили роль кандидата-жертвы, устраняемого на финише «кровавой гэбней по личному указанию Путина», а на Касьянова, исполняющего обязанности Президента, — роль «законного» преемника и кандидата N1 во втором туре.

После сообщения Маккейна Касьянова заменили на неподкупного Фрадкова, а для подстраховки первого тура зарегистрировали Миронова, что позволило обесценить замысел разработчиков спецоперации и вывести Рыбкина из роли сакральной жертвы живым и невредимым.

Второй успех: подготовка к вербовке сенатора-демократа Обамы, закончившаяся на аэродроме Савино в августе 2005 г. 

Третий: умножение Касьянова-оппозиционера на ноль. Обласканный Маккейном Касьянов в знак благодарности за поддержку пообещал американцам с высокой трибуны нефть по 20 дол. при цене в 140.

Поскольку перед Кремлем открывались новые горизонты и иные задачи, то, когда оба агента решили идти на выборы, Кремль не возражал, но отдал предпочтение Обаме.

Буш-младший

Подходов для вербовки к младшему не нашли. Решили сыграть на его упрямстве и высокомерии. Для проверки гипотезы при личной встрече президентов в Любляне, где Буш,«… заглянул в глаза Путину…», Путин похвалил Буша за политику сильного доллара, дающую России преференции в импорте европейских товаров за долларовую выручку от нефти и газа. Реакция была мгновенной и предсказуемой.

Буш объявил, что США больше не станет бороться за сильный доллар, что привело к укреплению евро.

Путин понимал, что проверка гипотезы дорого стоила. Исправить и улучшить ситуацию возможно, использовав энергию Буша на стимулирование роста цен на нефть. Ждать долго не пришлось. Случилась трагедия 11 сентября. Путин понял, что судьба дает ему шанс. Он первый из мировых лидеров позвонил Бушу и выразил сочувствие. Буш запомнил и через несколько дней позвонил «посоветоваться», а на самом деле сообщил о решении начать операцию вторжения в Афганистан.

Путин согласился и обещал помочь в координации взаимодействия с Северным Альянсом и руководителями Среднеазиатских государств, понимая, что Буш воспримет такой жест как проявление слабости и не ошибся. 

После удачного вторжения Буш нацелился на Ирак, где некий Саддам смастерил мозаичный портрет его папы на полу холла гостиницы в Багдаде. Путин понимал, что Ирак не Афганистан и начинать операцию оснований нет. Следовательно — Буш может передумать. Тогда активировали Маккейна.

Он начал призывать к войне в Заливе, сужая возможности Буша для отступления. А «слабый» Путин публично заявил, что Россия не поддержит Буша в СБ ООН и начал склонять на свою сторону крупных европейских политиков.

Такого «нахальства» Буш не ожидал и укрепился «в гениальности своего предварительного решения», основываясь на логике — для России плохо — хорошо для Америки. Получилось с точностью до наоборот.

Буш приступил к ослаблению США и укреплению России, поливая ее долларовым дождем.

Поскольку недофинансирование было тотальным и денег требовали все, то для выделения части денег на реанимацию программы антиСОИ, заброшенной в высокой степени готовности, понадобился Маккейн. Хотя Маккейн выглядел убедительнее «бумажного тигра» Бжезинского, но и его истерики, разогретые кремлевскими политическими технологами, не вызывали широкой озабоченности в российском обществе.

Пришлось подключать Буша раcсказами о тревоге России за вялотекущие переговоры по продлению договора о ПРО и боязни «звездных войн». Сработало.

Услышав озабоченность Кремля, Буш разорвал Договор о ПРО и прекратил переговоры о запрещении размещения компонентов оружия в космосе. Противники увеличения расходов на оборону притихли, а проамериканская оппозиция превратилась в клоунов.

Сегодня Россия единственная держава в мире неуязвимая ни к прямому, ни тем более встречному, стратегическому удару.

Путин выразил озабоченность в Бухаресте действиями НАТО, втягивающими Грузию и Украину в свою орбиту. Кандидатство не утвердили, а Грузия начала готовиться к войне, что позволяло России заморозить конфликт в свою пользу на десятилетия.

Проучивание психотипов Буша и Саакашвили подтверждало, что вторжение в Осетию и Абхазию начнется на фоне крупных исторических событий.

К ближайшим отнесли Олимпиаду в Пекине и стали готовиться. Путин вылетел в Пекин. Когда началось вторжение, подошел к Бушу и выразил свое недовольство, что усилило решительность тандема. Итог — «дикий кабан, напоролся на острозаточенное копье».

Барак Обама

Рассматривался Кремлем как человек, способный: удерживать цены на нефть на высоком уровне, вылечить Европу от высокомерия и переформатировать евроэлиты к состоянию готовности к строительству Большой Европы на условиях равенства и взаимоуважения сторон, ослабить рубль на величину, компенсирующую убытки от вступления России в ВТО.

Путин узнал силу влияния Вашингтона на европейских политиков после «увольнения» Шредера и Ширака за вольнодумство по Ираку. Знали это и европейские политики, «назначенные» на их места.

Наряду с «усилением знания» Обама обязался передать имеющиеся досье на евроэлиту Кремлю к 70-летию Великой Победы, вернуть Украину в лоно России, пояснив ей на практике, что «Украина не Россия» — не исследование большого ученого, а бред заворовавшегося старикашки. Задачи развала США по типу СССР никто перед Обамой не ставил.

Достаточно возродить ностальгию американского общества по периоду сытости, когда Америка концентрировалась на внутренних проблемах и игнорировала внешние.

Подробности решено обсудить в Москве после выборов. Некоторые возмущались, когда перед прилетом в Москву Обама назвал Путина «человеком, стоящим двумя ногами в прошлом». Лишь посвященные улыбались и готовили самовары для встречи дорогого гостя. Отдать должное — Обама пытался дважды соскочить.

Первый раз, когда затеял перезагрузку, пытаясь заменить слова делами, соблазнить Медведева на «антипутинское восстание», но нити «операции Трест» были в руках Путина.

Второй, когда показалось, что сможет переиграть Кремль, «прозевавший победу Майдана». Пытается и далее уклоняться от встреч. Важно, чтобы приехал на 70-летие.

Предварительные итоги: Украина пустилась в пляс и потеряла Крым. Вступила в изнурительную экономическую и гражданскую войну. После похмелья ее любовь к России будет искренней и бескорыстной, взгляд на общую историю — научный, радикальный разворот Украины ускорит интеграцию на постсоветском пространстве. Европа, пережившая кризис, поймет ценность Большой Европы и начнет активное сближение на равных с ТС. Вплоть до переноса оборонного, политического и экономического офисов из Брюсселя в географический центр Большой Европы.

В качестве компенсации Вашингтон увеличит объемы экспорта в Россию, замещая европейские товары. После «утечки информации» о кратном стратегическом превосходстве Москвы, Мир вернется к длительной глобальной стабильности, гарантируемой Пекином, Вашингтоном и Москвой. Ускорится формирование единого таможенного пространства в Африке и Латинской Америке.

Кого приведет Кремль в Белый Дом на следующих «выборах», неизвестно, но резкое высказывание Хиллари о «Путине — гитлере» похоже на элемент операции прикрытия.

Желает исправить ошибки мужа, ускорив передислокацию штаб-квартиры НАТО в Москву? Вот и сказке конец, а кто читал внимательно — молодец.

Валентин Днепров, для «Русской Весны»

Ctrl
Enter
Заметили ошЫбку
Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Обсудить (0)